Система Станиславского в кино — понятие, включающее в себя сценическую теорию, метод и технику актёра, разработанные великим деятелем русского и советского театра К. С. Станиславским на основе его творческого опыта, реалистических традиций русского и мирового театрального искусства. Система формировалась и развивалась в тесной связи с творческой практикой Московского Художественного театра и его Студий, постепенно становясь не только творческим кредо МХАТа, но и основой реалистического театрального искусства. Система является научным выражением сценического направления, названного Станиславским «искусством переживания». Это направление требует от актёра подлинности переживания, умения «жить в образе».

Станиславский разрабатывает две основные проблемы сценического искусства — проблему актёрской техники и метода работы актёра над собой и над ролью. Метод работы актёра в последние годы жизни Станиславского сложился как метод физических действий, дающий возможность установить органическое единство между жизненной природой актёра и его поведением на сцене в качестве персонажа пьесы. Одной из важных сторон системы является учение об артистической этике как необходимом условии воспитания артиста-гражданина.

Становление и совершенствование русского киноискусства связано с эстетикой МХАТа. Деятели кино восприняли и развили отдельные её положения, получившие на экране глубокую и тонкую реализацию. Станиславский одним из первых увидел в киноискусстве потенциальные возможности для совершенствования искусства переживания. Крупные планы, особая «обнажённость» актёрского лица на экране, подлинность обстановки действия на съёмках, возможность фиксации актёрского творчества предъявляют к киноактёру, по мнению Станиславского, требование (и создают объективные предпосылки) овладения совершенной техникой игры. В канун прихода звука в кино Станиславский писал: «Я утверждаю, что актер говорящего кино должен быть несравненно искуснее и технически совершеннее, чем актер сцены…».

В дореволюционное время недостаточный уровень развития киноискусства не давал, как правило, возможности для глубокого применения Системы Станиславского. В период «немого» кино работа актёров О. Баклановой, В. Орловой, И. Мозжухина, М. Германовой, Л. Кореневой, О. Гзовской и особенно И. Москвина, творчество режиссеров Я. Протазанова, В. Гардина, Б. Сушкевича были связаны в той или иной мере со школой Станиславского. Но лишь В. Пудовкин впервые глубоко решил проблему использования наследия Станиславского в кино. Он увидел, что искусство переживания — обязательное качество актёра, которое позволяет ему быть на экране простым, естественным («как в жизни»), одухотворённым. Восприятие системы Пудовкиным носило вначале стихийный характер, несколько позже он глубоко и всесторонне изучил связь кино и школы Станиславского. Его вывод «…актёр кино по системе его воспитания ближе всего должен стоять к школе К. С. Станиславского» был поддержан последующим развитием советского киноискусства. Труды В. Пудовкина способствовали пропаганде системы в кино.

В «немом» кино плодотворность системы была лишь частично доказана блестящей игрой актёров В. Барановской и Н. Баталова («Мать», 1926), Л. Леонидова, Ф. Никитина и др.

В 30-е гг. Система Станиславского становится важнейшей составной частью системы воспитания киноактёра. Освоению опыта Станиславского в эти годы способствовало участие во многих фильмах актёров МХАТа — Н. Баталова, Б. Ливанова, А. Тарасовой, Н. Дорохина, Н. Хмелёва, Б. Добронравова, Л. Леонидова, М. Тарханова.

Система Станиславского оказывала влияние на формирование советской кинорежиссуры. Большое значение имело изучение деятелями кино теоретических трудов Станиславского. Творческий метод работы с актёром режиссёров С. Герасимова, Б. Барнета, Ю. Райзмана, В. Петрова, И. Хейфица, А. Зархи, бр. Васильевых, педагогов О. Пыжовой, Б. Бибикова, В. Белокурова и многих других формировался под воздействием учения К. Станиславского. В 30-е гг. существенным образом изменилось отношение к наследию Станиславского со стороны С. Эйзенштейна. В своей режиссёрской и педагогической деятельности он всё чаще обращался к Системе Станиславского, к актёрам школы МХАТа. Творчество многих советских актёров — Н. Черкасова, Б. Чиркова, В. Ванина, Б. Бабочкина, Л. Свердлина и др.- испытывало на себе большее или меньшее воздействие школы МХАТа.

Система Станиславского стала основой воспитания актёра во ВГИКе; особенно важное значение имела педагогическая деятельность С. Герасимова, пропагандирующего Систему Станиславского в кино и воспитавшего многих актёров советского кино.

В 50-60-е гг. многие актёрские достижения связаны с учением Станиславского. Искусство И. Смоктуновского, А. Баталова, С. Бондарчука, О. Ефремова, О. Табакова, Е. Урбанского, И. Макаровой и многих других основано на творческих принципах Станиславского.

Система Станиславского стала достоянием мирового экрана. По выражению итальянского режиссёра Л. Коменчини, метод Станиславского — «…основа для современного развития актёрского искусства». Это подтверждают режиссёрские и актёрские работы, высказывания представителей киноискусства разных стран (М. Редгрев, Ж. Филип, С. Синьоре, Э. Рива, Б. Блие, З. Цибульский, П. Устинов, В. Де Сика, Дж. Де Сантис, Э. Де Филиппо, Э. Казан и др.).

1974