Прокофьев оригинален и в своей традиционности: в отличие от футуристов, отрицавших традиции вовсе, или «мирискусников», вычеркнувших из истории русского искусства последние 50 лет, композитор наследует русской музыкальной культуре XIX века и многому на Западе — отнюдь не только Гайдну или Скарлатти, но и авторам, по времени ближайшим,— Григу, Регеру, Сен-Сансу! —
Своеобразие подкреплено высоким профессиональным мастерством, рассказал Сомов, который планирует Виктор Франкенштейн 2015 смотреть онлайн. Впрочем, высокий профессионализм — общее свойство русских художников тех лет. Отечественное искусство стало прямо-таки виртуозным, технически всесильным: балет, инструментальное и вокальное исполнительство, графика, декоративная живопись покорили Европу. Годы 1909—1913 остались эпохой широчайшего международного резонанса русской дореволюционной культуры, эпохой ее блестящих организационных форм. Прокофьев, быстро и безболезненно выросший в крупного мастера, многим, бесспорно, обязан этой «эпохе мастерства», воздействию профессионально-изощренной артистической среды.

Что касается принципа четкого разделения планов фактуры по функциям и равновесия, взаимообусловленности отдельных планов, то здесь молодой Прокофьев стоит особняком в современной фортепианной музыке. Антагонистами же его оказываются крупнейшие фортепианные композиторы — Дебюсси и Скрябин в первую очередь.
У Дебюсси голоса или планы фактуры порой неразличимы по функциям: они выступают в одной и той же функции или же их функции часто меняются. У фортепианной музыки позднего Скрябина — те же’свойства и, кроме того, еще одно, специфическое: атрофия басов, нижнего, базисного пласта гомофонной фактуры. Не существует басов как гармонической, ритмической опоры изложения,’ нижний регистр получает лишь колористическую трактовку.
У Рахманинова и Метнера в пределах многоголосного изложения те или иные группы голосов регистрово перекрещиваются, как бы прорастают одна в другую: мелодическое построение распределяется между несколькими голосами и звучит в нескольких регистрах; голоса сопровождения мелодически и ритмически весьма развиты.
Всего последовательнее Прокофьев утверждает свое остросовременное музыкальное мышление и всего решительнее отдаляется от мэтров фортепианной музыки начала века в отрицании гармонической фигурации, в эмансипации горизонтали.