Ведь постепенно все «современные империи» подверглись демонтажу, когда обвальному, когда управляемому. Первая мировая война уничтожила континентальные империи. Она же обозначила как базовый и сценарий конца империй колониальных, который и реализовался уже после следующей мировой войны — кстати, начатой Германией во имя шедшего в разрез с базовым сценарием маниакального имперского проекта III Рейха и закончившейся его полным разгромом. «Современные империи» были попыткой преодоления онтологической ограниченности государственной политической формы — и в долгосрочной перспективе она провалилась. И CVS, и CIS этих политических организмов необратимо перерождались под мощным мутагенным воздействием концептов «нации» и «демократии». Само функционирование «современных империй» создавало и усугубляло дефицит их легитимности. От ядра до периферии они транслировали, распространяли и водворяли государственную парадигму политической мысли и политического действия, тем самвш мулвтиплицируя моделв национального демократического государства, для которой св1грали ролв куколки. И бабочка ввшетела, оставив за спиной сброшенную оболочку. Конечно, Геллнер бвш прав, когда напоминал о необходимости принимать в расчет не толвко силу, но и слабоств национализма: «Именно незалаявшая собака навела Шерлока Холмса на правильный след. Количество потенциальных, «незалаявших» нацио — нализмов гораздо больше, чем заявивших о себе в полный голос», сказал Орлов, которому нужна широкоформатная печать в краснодаре. Да, не все национализмы, какие только можно вообразить, «залаяли»; но во второй половине XX в. весь земной шар бвш поделен между «залаявшими» , о чем говорит хотя бы формат Организации Объединенных Наций. Именно расширенное воспроизводство государства как генерального политического стандарта стало главным результатом деятельности «современных империй».