Свадебному обряду на Руси всегда придавали огромное значение. Молодые вступали в иную, взрослую, жизнь, и родственники, гости возвеличивали этот акт. Именно поэтому в свадебных песнях довольно часто встречается обращение «князь», «княгиня», «боярин», «боярыня». В сакральный день молодых особенно оберегали от воздействия темных сил, поэтому традиции хранились веками.

Сватовство

Сватом выбирался человек, умеющий говорить «красно», обычно из числа родственников жениха. Если родственники страдали косноязычием, то специально приглашался сторонний опытный сват.

Перед выходом из дома мать жениха снимала с себя пояс и несколько раз ударяла им по спине свата, приговаривая: «Не я бью, удача бьет».

Обычай «прибивать удачу» часто встречается и при исполнении других обрядов, при первом выгоне скотины на поле, к примеру. Интересно, что это действие исполняют исключительно крестьянки, в отсутствие матери — например, старшая сестра или тетка жениха. Мужчинам не пристало «заниматься подобной глупостью».

У входной двери дома жениха под ноги свату обязательно бросали шубу, считалось, что это к шумной, веселой свадьбе («Бросил шубу, наделал шуму»).

Выехав за деревню, сват останавливал свой экипаж и проводил кнутовищем черту за повозкой. Этим актом он как бы отсекал возвращение.

В доме невесты сват старался незаметно провести рукой по печке в знак «справного угощения», достойного приема методы Деформационного геодезического мониторинга.

Сватовство обычно начинали со стороннего торга. К примеру, спрашивали хозяев: «Нет ли у вас поросят продажных?» Хозяева, смеясь, отвечали, что нет. Тогда сват продолжал: «А девок?» Ему отвечали, что есть одна.

П. А. Федотов, «Сватовство майора», 1848 г.
П. А. Федотов, «Сватовство майора», 1848 г.
Фото: ru.wikipedia.org

Приветливость хозяев свидетельствовала о том, что жених нравится. Во время сватовства проводят предварительный сговор о приданом невесты, основное обсуждение выносится на рукобитие.

Рукобитие

В назначенный день в дом невесты приходили жених, отец жениха и другие родственники, обычно мужчины. Войдя в избу, жених прятал принесенную с собой бутылку водки под лавку.

Речь начинал отец жениха: «Раз между нашими молодыми совет да любовь, можно и дело начинать». Родители невесты соглашались. Гости поочередно подходили к рукомойнику, мыли руки и вытирали полотенцем (уручником), подаваемым невестой. Потом все садились за стол, родственники жениха — по одну сторону, родственники невесты — по другую. Молодым отводилось особое место, они сидели рядом.

Собравшиеся сидя молились, испрашивая благословения на начало дела. Первым поднимался отец невесты, за ним вставали все остальные и отвешивали поясные поклоны.

Невеста начинала плачи, кланяясь своим родителям в ноги. Отцы молодых надевали специально приготовленные для этого случая рукавицы и хлопали друг друга по руке.

— Хорош товар! — нахваливал дочь отец.
— По товару и купец, — вторил сват.

Начиналось застолье. Жених доставал принесенную бутыль, хозяева накрывали стол заранее приготовленными припасами. Пока старшее поколение обговаривало приданое и свадебный обряд, молодые целовались, не скрываясь.

А. П. Рябушкин, «Крестьянская свадьба», 1880 г.
А. П. Рябушкин, «Крестьянская свадьба», 1880 г.
Фото: Источник

Рукобитие заканчивалось одариванием. Невеста подносила жениху вышитый платок, а всем гостям — по самодельному поясу. Жених дарил своей избраннице золотую монету, после чего отправлялись кататься по деревне, оставив за столом будущих родственников.

Девичник

За три дня до свадьбы начиналось прощание невесты с деревней. Группа женщин с песнями-плачами шла по деревне до поля. На околице из круга выходила невеста и кланялась поясными поклонами на все четыре стороны.

Затем женщины возвращались в деревню, останавливаясь перед каждым домом. Хозяева встречали их за воротами. Невеста кланялась хозяевам, приговаривая: «Прости, хозяин и хозяюшка с милыми детками, коли в чем когда поперечила». Хозяева отвечали: «Бог простит». Так обходили каждый двор утром и вечером три дня.

Накануне свадьбы девушку-невесту подружки вели в баню, где ей с песнями расплетали «девичью косу». Известно, что прическу в одну косу носили исключительно девушки до замужества. Замужние женщины заплетали две косы.

А. И. Корзухин, «Девичник», 1889 г.
А. И. Корзухин, «Девичник», 1889 г.
Фото: ru.wikipedia.org

После бани отправлялись в дом, где под образами был накрыт праздничный стол, в центре которого возвышалась елка, украшенная лентами, лоскутками и бумагой. Елка символизировала неувядающую красоту.

Под образами сажали грустную невесту, подруги (боярки) рассаживались за стол. Перед каждой была положена лента с бантом (куверт). Наступала тишина. Гости, толпящиеся в углах избы, замолкали, предчувствуя важность момента. Наконец раздавалось печальное пение:

Как у нас было при вечере
При последнем часу вечера
При поре было, при времечке,
При княгинином девичнике
Все столы были снаряжены.
Бранным скатертем украшены.
Как за этим за дубовым за столом
Полный стол гостей насажено
Все-то гости — красны девушки
Не все девушки, молодушки,
Все покрытые головушки.
Все гости веселы сидят.
Одна княгинюшка не весела.
Она мылася, чесалася
Под венец златой справлялася.
Со всеми девушками прощалася:
«Вы прощайте-ка, подруженьки мои.
Не на век с вами прощаюся
Не на век я разлучаюся
Завтра в церкви обвенчаюся
И вернусь я к вам не девушкой
А вернусь я к вам молодушкой
Со покрытою головушкой.

Печальные песни и плач невесты продолжались до тех пор, пока не приезжал жених. Одна из подруг брала его за руку и подводила к невесте. Жених обязательно обносил всех собравшихся рюмкой водки. Ставился самовар, начиналось чаепитие, пели песни:

Затрубили во трубушку
Рано по заре.
Заплакала девушка
По своей косе:
«Коса моя косонька,
Русая коса,
Поутру ранешенько маменька плела.
Ввечеру позднешенько
Девушки плели
Заплетали косоньку лентами алыми.
Приехала сватьюшка немилая.
Взяла мою косоньку в обе руки.
Оборвала косоньку, не жалея.

Девичник затягивался до полуночи…

Продолжение следует…